Сменить дизайн
Каталог статей
Проекты

Системы документооборота

Главная Возможность интерпретации семиотических механизмов понимания смысла.

postheadericon Возможность интерпретации семиотических механизмов понимания смысла.

Возможность интерпретации семиотических механизмов понимания смысла.

Введение.

 

В данной работе дается попытка семиотической интерпретации понимания смысла на примере естественного языка.

Само понятие «понимание» подразумевает наличие сознания, выполняющего операцию мышления. Но само по себе мышление не может стать объектом исследования, поскольку будучи думающим субъектом человек не может одновременно быть думаемым объектом, т.е. при совершении операции объективизации думания происходит «остраннение» или «депсихологиризация» рефлексирующего субъекта с последующей операцией отождествления сознания с объектом [1]. Иначе говоря, мы можем говорить о мышлении только в терминах моделирующей системы, выбрав соответствующий код для операции отождествления думаемого объекта и сознания.

Исходя из презумпции, что любую моделирующую систему можно представить как текст, состоящий из определенным образом закодированных знаков, инструментом для такого рода исследований процесса понимания следует выбрать метаязык, способный описывать знаки, их структуру и взаимодействие. Таким языком является язык (или метаязык) семиотики.

Для избежания неопределенности в понимании встречающихся в нижеизложенной парадигме терминов, необходимо договориться, что под ними будет подразумеваться.

 

Как известно из классических трудов по семиотике [3,4], все знаки можно разделить на три большие группы: индексальные, иконические и символические.

Под индексальным знаком будет подразумеваться знак-указатель, знак, указывающий или переносящий к от означающего к означаемому.

Иконические знаки – это знаки, задающие отношения сходства между означающими и означаемыми (иначе: задающие линейный код отношения на основе селекции).

Символические знаки будут представлены двумя группами:

  1. Знаки, задающие отношения смежности между означающими и означаемыми. То есть, эти знаки функционируют в качестве контекста для иерархически более простых знаковых единиц (например, иконических). В терминах Ч.Пирса они образуют группу контекстно  заданных интерпретантов, определяемых операцией комбинации. Для определенности будем называть их псевдосимволами.
  2. Первичные символы, присущие сознанию как более высокой иерархической единице в операции отождествления в связи субъект-объект или мышление-язык, означаемое которых сводится к иконическим и вышеопределенным псевдосимволическим знакам. Эти знаки будут называться первичными символами.

Вообще говоря, это некорректное определение символического знака с точки зрения семиотики, ибо у символических знаков второй группы отсутствует означающее. На самом деле, означающее в этом случае представляет собой метафизический или надопытный объект-субъект, поэтому было бы правильным говорить о расширении семиотического пространства введением новой группы знаков, имеющих отношение не к внешнему миру, а к состоянию сознания. То есть знаков, задающих «начальные условия» для операции отождествления сознания[1] (или состояния сознания в смысле Пятигорского и Мамардашвили [2]) и думаемого объекта. Иначе говоря, такие знаки будут являться предпосылкой (или начальными условиями) к возникновению интерпретантов, которые описаны Ч.Пирсом.

Необходимость учитывать знаки такого типа происходит из несамодостаточности нашего опыта понимания мира. Мы не можем в один и тот же момент мыслить о сознании в терминах объекта или субъекта, ибо в момент «думания» не можем быть одновременно и тем и другим. Иначе - мы не можем саморефлексировать свое мышление, не объективизировав (промоделировав) его. А следовательно, ни из какой совокупности опыта нельзя вывести различие между реальностью и представлением о ней. И для того, что бы говорить о мышлении в терминах моделирующей системы, в описании возникает необходимость введения таких знаков, с помощью которых можно было бы определить отношение внутренних (не природных и не социальных) предпосылок к созиданию себя в бытии.

Парадигма.

 

Процесс понимания непосредственно связан с процессом коммуникации или процессом получения и передачи информации.

В своей известной работе «Лингвистика и поэтика» [5] Р.Якобсон, основываясь на теории передачи информации К. Шенона, определил шесть основных функций коммуникации: коммуникативная (референтивная), апеллятивная, поэтическая, экспрессивная, фатическая и метаязыковая.

Если рассматривать процесс коммуникации с учетом генерирования и передачи новой информации, то условно коммуникацию можно описать двумя функциями:

  1. мета-функция;
  2. порождающая.

Первая функция в разной степени включает в себя почти определенные Якобсоном функции за исключением (или в меньшей степени) поэтическую. Значение мета-функции – «нащупывание», корректировка (или согласование) семантического и прагматического полей коммуникатирующих объектов. То есть работа этой функции направлена на максимальное понимание в смысле общего семиотического состояния. Причем преобладает работа механизма переноса значения по сходству. Смысл предполагается существующим в некой абстракции еще до текста. Эта функция с обратной связью: язык действует на мышление, как обратная связь. Это вполне согласуется с гипотезой Уорфа и Сепира [11,12] о том, что национальный язык содержит свою собственную онтологию, формирует бытие (в данном контексте: корректирует).

Для процесса коммуникации с учетом первой функции теоретически можно посчитать информацию и энтропию сообщения. Именно на работе этой функции основано большинство искусственных языковых моделей (например, топологическая модель Р.Тома [16], логическая модель языка Виттгенштейна [15]). Изменение энтропии будет происходить до почти полного (ибо полное невозможно –  произойдет остановка коммуникации) совпадения энтропий двух коммуникатирующих систем.

 

Вторая функция отвечает за возможность функционирования знака в качестве контекста для иерархически более сложных единиц текста и способность знака самому порождать свой контекст. Поэтому здесь преобладает работа механизмов переноса по смежности. Эту функцию еще можно назвать узнавательной (в философском смысле узнавания мира – «мыслью узнавать бытие»). В этом случае гипотеза Сепира и Уорфа не работает: состояние «понимания» (или «узнавания») наступает до процесса вербализации, т.е. предполагается наличие изначального знания, которое можно «узнать». Язык здесь служит «продолжением», инструментом мысли, одним из возможных способов выражения первичных символов сознания, в то время как в первом случае мысль - следствие означенности мира. Здесь первичен текст по отношению к смыслу.

Понятие энтропии для процесса коммуникации будет в этом случае понятием прагматическим, т.е. трудно, если это вообще возможно, найти критерий общей меры для нее. Схема передачи информации Шенона здесь будет работать в иной интерпретации, потому что в этом случае нет «содержательной» передачи информации, - это, в основном, «формальная» передача или передача кода для дальнейшей интерпретации содержания сообщения.

Важным отличием этой функции коммуникации от первой будет наличие как минимум двух иерархически разделенных знаковых систем (двух разных сознаний[2]), в то время как в первом случаи нет такой необходимости в иерархии.

Основной особенностью этой функции  являться способность создавать информацию, в то время как первая сравнивает, изменяет информационное пространство.

 

В соответствии с вышеопределенными функциями коммуникации можно определить два типа текста [10]: дискретные тексты, представляющие собой набор соответствующем образом закодированных знаков и континуальные тексты, не распадающихся на знаки, а сами по себе являющиеся знаком или изоморфны ему.

Примером первого рода текстов будут тексты, преимущественно иконические или содержательные. Их легко расчленить на структурные единицы (знаки) и выделить межструктурные связи. Они способны формировать содержание на основе уже известного кода, и направлены на расширение знания[3]. Задача иконических текстов передача содержательной информации, коррекция семиотического состояния коммуникатирующих систем. Процесс восприятия дискретного текста при его коммуникации из одной системы в другую предполагает использование обеими системами общего денотата для восстановления соответствующего содержания. Ярким примером такого рода текста является метафорический изоморфизм («мертвая» метафора).

Тексты второго типа имеют более индивидуальный код (например, язык музыки, абстрактное искусство и т.д.). Такие тексты можно назвать порождающими или смыслообразующими текстами: при декодировании сообщения происходит создание новой информации, нового языка, а не изоморфизм содержания. Понимание возникает при декодировании двумя коммуникатирующими системами общего символа (или псевдосимвола[4]) единым кодом. Здесь работает механизм передачи кода.[5]

При этом грамматические структуры текстов обоих типов могут быть близки и даже совпадать. Но прагматические рамки будут не только не совпадать, но и не пересекаться.

Естественно, что немного существуют текстов, которые можно охарактеризовать только как дискретные или только как континуальные. В подавляющем большинстве случаев текст имеет дуальную, взаимодополняющую структуру, и восприятие такого текста представляет собой сочетание обоих видов переноса значения: по сходству и по смежности.[6]

 

Следует отметить, что механизмы переноса значения, несмотря на взаимодополнительность, неравнозначны в своем эволюционном развитии. Это можно показать как на примере развития первобытного мышления, так и на эволюционном процессе развития мышления у детей, претерпевающего две основные стадии.

Согласно экспериментальным данным Ж.Пиаже и Л.С.Выгодского [8,9] у детей до 7-8 лет в значительной степени преобладает эгоцентрическая речь и мышление (комплексное), после чего начинает преобладать социальное (понятийное) [9]. В общем, эгоцентрической речи и мышлению присуща операция переноса по сходству: для коммуникации с внешним миром ребенок просто копирует общий код (лексический, грамматический, фонетический). Попытки составления пропозиционной функции происходят скорее как стереотипное калькирование полученной от внешних источников информации. В этом смысле ребенку присущ иконический или метафорический тип мышления, т.е. сперва получает развитие мета-функция речевого общения.

Начиная с 7-8 лет у ребенка формируются понятия – иерархические взаимоотношения знаков, основанные на работе механизмов переноса значения по смежности. Ребенок начинает оперировать псевдосимволами, создавая сложные контекстные конструкции. Процесс понимания уже не ограничивается индексацией общего денотата, а возможно изменение самого кода сообщения, и, как следствие, порождение новой информации.

Таким образом, формирование речи и мышления у человека происходит поэтапно: сначала вступает в силу мета-функция, и лишь затем начинает проявлять себя порождающая.

 

Нарушение одного из механизмов переноса значения приводит к афатическим отклонениям.

В известной работе Р. Якобсона «Два вида афатических нарушений и два полюса языка» [7] определил два типа афатических нарушений: нарушение отношения сходства (метафорический тип) и нарушение отношения смежности (метонимический тип).

 

В первом случае пациенту необходим контекст (наличие означающего), чтобы начать высказывание. Ключевые слова могут опускаться или замещаться нейтральными; соединительные и вспомогательные слова (например, слова-паразиты), а так же слова, тесно связанные с контекстом, такие как местоимения и др., почти никогда не выпадают из текста. Трудности возникают на этапе  переноса значения по сходству, т.е. при необходимости переключиться на синонимы или перифразы, оставаясь в рамках того же контекста (трудности с переключением на означаемое). Такие пациенты теряют способность к восприятию и воспроизведению операции иконического переноса значения вследствие неспособности к иконической или индексальной референции. Само высказывание строится по отношению смежности - пространственной и/или временной.

При втором виде нарушений, наоборот, пациент теряет способность конструировать свой контекст (означающее) и составлять пропозиции: «сохранившейся единицей речи остается в основном слово» [7]. Речь становится аграмматической и хаотичной (в смысле порядка слов). Это приводит к более «устойчивым» речевым актам в рамках одного контекста: употребляются односложные или стереотипные фразы, часто используется инфинитив, отсутствуют падежно-ролевые отношения. При этом виде нарушения теряется способность к восприятию псевдосимволов как таковых, имеет место только индексальная и/или иконическая референции.

Из предлагаемой Р.Якобсоном классификации афатических отклонений видно, что в первом случае нарушается мета-функция: возникают трудности переноса по сходству, переходу от означающего к означаемому. Во втором, более тяжелом случае, теряется связь с начальными условиями возникновения контекста или предпосылкой к образованию пропозиционных конструкций, т.е. нарушение порождающей функции.

 

Таким образом, исходя из презумпции действия двух различных механизмов смыслообразования и передачи информации (механизме переноса значения от означающего к означаемому по сходству (метафорический тип) и механизме переноса значения по смежности (метонимический тип)), на семантическом уровне дано краткое описание двух функций коммуникации и двух типов текстов, присущих неискусственным интеллектуальным системам.

 

Физическая интерпретация механизмов понимания.

 

Попытки интерпретировать процесс мышления с работой нелинейной динамической системы в режиме местастабильного хаоса неоднократны [например, 13,14]. Согласно с вышеописанным семиотическим представлением процессов коммуникации возможно следующее физическое описание механизмов понимания и смыслообразования.

 

Если рассмотреть диссипативную систему в трехмерном пространстве состояний, то ее характерной особенностью является возникновение различных видов устойчивости системы: стационарные точки, предельные циклы, торы, странные аттракторы. Вблизи точек бифуркации начинаются переходы между этими состояниями. Наибольший интерес представляет переход предельным циклом и хаосом. Этот переход имеет два типа поведения: метастабильный хаос – переходный режим, время затухания которого имеет экспоненциальное распределение, и после каждого периода иррегулярных колебаний почти каждая траектория выходит на периодическую орбиту. Второй тип это перемежаемость – физическая неспособность системы достичь идеального захвата или устойчивой точной синхронизации (когда предельный цикл в пространстве состояний должен замкнуться, вмешивается конкурирующий процесс и разрушает регулярную траекторию). При этом описания, принадлежащие двум различным иерархическим уровням (вблизи точек бифуркации) становятся неотличимыми, приближение среднего поля распределения функции плотности вероятности перестает работать.

 

Исходя из этого, работу мета-функции можно представить как переходы между предельным циклом и стационарными состояниями и/или как предельные циклы, образующиеся в режиме перемежаемости, постоянно разрушающиеся при возникновении конкурирующего процесса. Иначе говоря, это относительно стабильные состояния, имеющие целую размерность, в которых хранится информация (не создается и не утрачвается).

Порождающая функция представляет собой странный аттрактор с ненулевой вероятностью перехода в неподвижную точку или предельный цикл. То есть, это такой режим, при котором последовательностью бифуркаций возникают устойчивые и неустойчивые стационарные точки и предельные циклы, которые, в свою очередь, способны порождать новые динамические режимы (режим перемежаемости и метастабильного хаоса). Конечная размерность траектории в пространстве состояний будет отличаться от начальной, и в общем случае не на целое число. Информация в таком режиме создается по одним направлениям и утрачивается по другим.

В этом смысле вторая функция является смыслопорождающим механизмом, т.к. с возникновением новых динамических режимов (а следовательно и новых предельных циклов и стационарных точек, хранящих информацию) создается определенный фрейм, контекст, определенное состояние для согласования кода. При этом именно несовпадение, неточность кода должны приводить к динамическому режиму. В стационарных состояниях (или переходах между стационарными состояниями и предельными циклами) коды как бы коммуникативно «приравниваются», или наоборот: как только в определенный момент времени код стал эквивалентным, означает, что система находится в стационарном состоянии.

Проблемой, возникающей при таком подходе, может стать «останов» либо зацикливание машины при попадании аттрактора в устойчивое стационарное состояние или предельный цикл. Помимо очевидных внешних причин (например, внешних воздействий), приводящих к рассогласованию кода (варированию параметров дифференциального уравнения) и позволяющих преодолевать эти состояния, по всей видимости, существуют какие-то внутренние причины возникновения динамики – определенные состояния сознания, первичные символы, обеспечивающие тот или иной динамический режим.

 

Для того чтобы как-то количественно описать предлагаемую парадигму, достаточно ввести инвариантную величину. Такой величиной является математическое ожидание информационной функции разбиения[7] – энтропия h:

h(ξ)= -b Σ P(A) log P(A),

где ξ – счетное измеримое разбиение пространства, P(A) - вероятность события А, и b – коэффициент, зависящий от выбора единиц.

Здесь важно, что мы понимаем под информацией. В гуманитарных науках очень часто под этим подразумевают количество и/или качество полученного содержания из коммуникативного акта. В данном случае определение информационной функции не имеет ничего общего с ее обыденным понятием. Информация – это вероятность или неопределенность наступления события, где под событием подразумевается какой-либо результат динамического процесса (например, устойчивое или неустойчивое стационарное состояние, возникновение странного аттрактора и др.). Иными словами, информация, это вероятность возникновения той или иной коннотации у определенного символа или псевдосимвола. Она может быть как положительной (генерация смысла), так и отрицательной (сток информации, или «разрушение» смысла).

 

Понятно, что в случае метафоры (стационарного состояния) энтропия остается постоянной, т.к. информация не меняется. Изменение энтропии связано с работой порождающей функции (информация утрачивается по одним направлениям и создается по другим). Энтропия будет служить средним количеством неопределенности. Неопределенность возникает, например, в случае режима перемежаемости, неспособности системы достичь идеального захвата или устойчивой точной синхронизации. Иначе это можно интерпретировать неполным соответствием символа своему значению (неустойчивостью интерпретирующего его индекса, переходом к метастабильному хаосу и др.), которое возникает при его «осмыслении». То есть, при попытке интерпретации символа мы автоматически отходим от его первичного, метафизического значения. Тоже самое происходит с псевдосимволами: попытка его интерпретации порождает произвольный и устойчивый фрейм восприятия, который разрушается при каждом последующем «осмыслении» или возникает режим метастабильного хаоса, с ненулевой вероятностью перехода в стационарное состояние.

Заключение.

 

Таким образом, исходя из презумпции знаковости или текстуральности мира, показана возможность интерпретации понимания в семиотических терминах. В частности, определены две основные функции коммуникации и два типа текстов, в основе которых лежат два механизма переноса информации: перенос по сходству (метафорический) и перенос по смежности (метонимический) с возможностью построения сложных иерархических систем и генерированием новой информации. На основе этого в общих чертах затронуты эволюционные этапы развития детского мышления и объяснены два типа афатических отклонений.

Также дана интерпретация метаязыковых представлений о мышлении и понимании методами нелинейной динамики, предложена гипотетическая модель естественного языка. В частности, показано, что иконические знаки такой системы представляют собой устойчивые и неустойчивые стационарные состояния, а символы (и псевдосимволы) можно интерпретировать как предпосылки к этим состояниям. Иначе говоря, символ - это начальные условия, определяющие тип динамического режима, и определяемые как состоянием сознания, так и внешним воздействием. Для этого типа знака присуща метонимическая операция переноса по смежности, в то время как при взаимодействии иконических знаков выполняется операция переноса по сходству.[8] На основе вышеописанных операций предложена схема смыслообразования и понимания смысла.

 

Список литературы.

 

  1. А.М.Пятигорский, Мифологические размышления. Лекции по феноменологии мифа. М. 1996.
  2. М.К.Мамардашвили, А.М.Пятигорский, Символ и сознание. Метафизические размышления о сознании, символике и языке. М.1999,
  3. Ч.С.Пирс. Логические основания теории знаков. СПб, 2000.
  4. Р.Якобсон. «Лингвистика и поэтика» сборник статей. Структурализм: «за» и «против». М. 1995.
  1. "Семиотика" том.1, Сборник трудов под редакцией Ю.С.Степанова.
  1. "Теория метафоры", Сборник статей под редакцией Ю.С.Степанова. Москва, "Прогресс", 1990.
  2. Р. Якобсон «Два вида афатических нарушений и два полюса языка» «Язык и бессознательное», М., 1975
  3. Ж.Пиаже. Речь и мышление ребенка. СПб. 1997.
  4. Л.С.Выгодский. Мышление и речь. М. 1996.
  5. Ю.М.Лотман. сб.трудов. т.1. 1993, Таллинн.
  6. Э.Сепир. Речь, как черта личности. Избранные труды по языкознанию и культурологии. М.1993.
  7. Б.Уорф. Отношение норм поведения и мышления к языку. Новое в лингвистике. Вып.1., М., 1960.
  8. Дж. Николис «Динамика иерархических систем», М., 1990.
  9.  Дж. Николис «Хаотическая динамика лингвистических процессов и образование паттернов в поведении человека. Новая парадигма селективной передачи информации» «Синергетическая парадигма», М., 2000.
  10. Л.Витгенштейн Логико-философский трактат. М.1994.
  11.  Р.Том. Топология в лингвистике. Успехи математических наук. т.XXX, вып.1, 1975.


[1] Под сознанием понимается некая совокупность признаков, позволяющих мыслью узнавать бытие.

[2] В случаи самокоммуникации наличие двух уровней кодирования и декодирования.

[3] Если говорить о знании, как о знаковой системе, то существует как минимум два вида знания (как и два типа текстов): иконическое и символическое (или содержатнльное и порождающее). То есть, в одном случае знание представляет собой некий набор связанных между собой знаков (икон и псевдосимволов), расширение которого, в общем, безгранично (смысл в малом неисчерпаем), а в другом – индексацию общего для обеих систем символа (или псевдосимвола), имеющего индивидуальный код при декодировании.

В данном случае имеется в виду иконическое знание.

[4] Например, в области квантовой механики не существует рациональных представлений, поэтому эта теория является по преимуществу псевдосимволической.

[5] Более того, становится понятно, почему человечество выбрало именно тот путь познания мира, который направлен на иконичность, «всекодовость»: мышление по типу смежности подразумевает, прежде всего, индивидуальность кода, который нужно как-то передать до содержательной части, что было бы ущербно с точки зрения как всеобщего расширения знаний, так и развития культуры. В противном случае процесс познания ограничился бы точностью коннотаций даваемых определений. Этим же и оправдано развитие науки в направлении описания и моделирования внешнего мира.

[6] Такое разделение текстов на дискретные и континуальные следует и из асимметрии мозга: првополушарное восприятие основано на целостном восприятии визуального или звукового образа, в то время как левополушарное синкретично (дискретно).

[7] Информационная функция разбиения вероятностного пространства – функция, значение которой равно количеству информации, получаемой при реализации события в пространстве разбиений.

[8] Индексальные знаки, как уже указывалось, являются посредниками внутренних механизмов взаимодействия. Их нельзя отнести к какому-либо состоянию системы: они переносчики информации, а не генераторы или хранители ее. Здесь можно говорить о индексальном языке, как об особом типе языка, не содержащем в себе смысла, но передающем его (например, внутренние процессы, происходящие в компьютере при выполнении программы или биохимические процессы внутри организма и т.д.).  При этом следует заметить, что индексальные знаки могут участвовать в обеих функциях коммуникации, могут проявлять себя как иконических, так и символических взаимодействиях.

 
Поиск
Язык

RUS | ENG

Продукты
Сообщение

Перед тем, как чего-нибудь пугаться, нужно сначала посмотреть – действительно ли оно такое страшное, а то - зачем зря стараться…

Создание интернет-магазина